navy_chf (navy_chf) wrote,
navy_chf
navy_chf

Маленький кораблик с большой добычей.


Оживление царило на берегах Темзы в районе Детфорта уже с утра 4 апреля 1581 года. Увеличивающаяся толпа зевак с все возрастающим нетерпением и любопытством ожидала прибытия самой королевы Елизаветы. Событие обещало быть примечательным, Ее Величество собиралась посетить свежевыкрашенный и нарядно разукрашенный флагами корабль, пришедший сюда по особому случаю. Более двух лет походов и боев в трех океанах, далеких материков, островов и архипелагов остались за кормой этой морской странницы, несущей звучное имя «Золотая лань».

Для удобства восхождения на корабль высокой гостьи и ее многочисленной свиты был обустроен деревянный мост, на котором теперь толпился праздношатающийся люд. В какой-то момент возникла сумятица и давка, мост рухнул, и часть верноподданных королевы-девственницы оказалась в холодных водах Темзы. Однако конструкцию быстро восстановили, и к приезду королевского кортежа о досадном конфузе поспешили забыть. Под барабанную дробь и протяжные звуки труб Елизавета поднялась на борт «Золотой лани». Королеве шел 48-й год, но она по-прежнему не оставляла мысли о замужестве. Ее неустанно сопровождал личный представитель герцога Алансонского, родного брата короля Генриха III Валуа, – де Маршомон. Последний должен был в скорее начать переговоры о бракосочетании герцога и королевы.



Реплика «Золотой лани», изготовленная в 1973 г., на вечной стоянке на южном берегу Темзы.

Елизавета отличалась умом и остротой языка, и при посещении «Золотой лани» не могла отказать себе в удовольствии в очередной раз съязвить по поводу испанских пока еще партнеров. Френсис Дрейк, человек с загорелым и украшенным шрамом лицом, не так давно приведший этот корабль в Портсмутскую гавань, преклонил колено для церемонии. Держа в руке меч, королева заметила, что король Испании требует вернуть драгоценную добычу «Золотой лани» вместе с головой ее капитана Френсиса Дрейка, и что в руке ее золоченый меч, которым она его «казнит». На палубе корабля смелого и талантливого пирата посвятили в рыцари, а ассистировал королеве по ее просьбе не кто иной, как де Маршомон – это был политический и ярко выраженный антииспанский выпад, символизирующий англо-французское сотрудничество.

После торжественной части имел место грандиозный банкет, где капитан – уже сэр Френсис Дрейк – сыпал любезностями и подарками. Елизавете была подарен большой серебряный ларь и украшенная драгоценностями лягушка, как бы намекая на персону возможного жениха, герцога Алансонского – Ее Величество со свойственным ей сарказмом именовала того «моей лягушкой». Офицеры и придворные в тот день получили внушительные денежные презенты. Жизненный курс Френсиса Дрейка в очередной раз сопровождал сильный попутный ветер. Впереди была удачная карьера, богатство, успех и, конечно, слава. Все эти преимущества мореплаватель получил, совершив вторым после Фернана Магеллана кругосветное путешествие и привезя в трюмах «Золотой лани» добычи на 600 тысяч фунтов стерлингов, что равнялось двум годовым бюджетам Английского королевства. И за такое можно было пожаловать рыцарское звание, закрыв глаза на многое. Даже на бурные сцены испанского посла Бернардино де Мендосы.

Золотые реки, серебряные берега.

Открытие Нового Света дало невиданный импульс в развитии Испании. Королевская власть обзавелась территориями, размеры которых впечатляли даже на картах, энергия, напор и амбиции заскучавшего после окончания Реконкисты обедневшего дворянства были направлены в нужное русло. И главное, из-за океана все более ощутимым потоком стало поступать вожделенное золото. Одно за другим рушились индейские государства, наделяя победителей горами добычи и трофеев. Золота становилась все больше – его сноровисто переплавляли в слитки, заботливо укладывали в трюмы галеонов, после чего пускались в долгий и трудный путь в Европу. Масштабы обретенных богатств поражали: как величественно смотрелись эти сокровища по сравнению с тем, что удавалось изъять из мавританских городов и замков, во времена, когда государственная казна зачастую умещалась в нескольких окованных железом сундуках.
Текущие из разных мест Центральной и Южной Америки золотые ручьи постепенно сливались в полноводный поток стремящегося через Атлантику драгоценного металла. Он давал Испании богатство и власть, могущество и силу. И он же станет источником ее слабости, перешедшей в немощность, но это случится много позже. Пока что на дворе был XVI век, и гордое знамя испанской монархии держал в своих набожных и безжалостных руках Филипп II. Его владения были поистине огромны, а армия и флот Его Величества внушали страх и уважение всем многочисленным недругам.
Однако были те, кто взирал на мощь Испании с чуть меньшим страхом и еще меньшим пиететом, поскольку их увлекали более приземленные и практические чувства. Англия в силу ряда причин не успевшая вонзить клыки в самые лакомые куски американского пирога, приноравливалась зачерпнуть щедрой пригоршней, а если удастся, и чем-то более объемным из текущего через Атлантику золотого потока. Королева Елизавета, имевшая не перегруженное нежностью и сантиментами детство, слишком рано пережившая казнь матери, опалу со стороны властного и жестокого отца, Генриха VIII, смерть брата и сестры, была незаурядным правителем. Располагавшая прекрасными учителями, начитанная и любознательная, она получила еще и второе образование, ценность которого была даже выше учебных истин – жизненное.
Англия остро нуждалась в средствах для развития собственной экономики, торговли и мануфактурного производства. Необходимы были ресурсы для противостояния могущественной и к тому же католической Испании. И их просто не было возможности добыть быстро и в достаточном количестве, кроме как позаимствовать у той же Испании – путем хорошо организованного отъема. Для этой цели Елизавете, «королеве-бесу», как с большой долей серьезности называли ее некоторые, нужны были две вещи: корабли и капитаны. В Англии XVI век известен, кроме всего прочего, еще и целой плеядой морских пиратов, многие из которых были удостоены рыцарского звания. И неудивительно – в средневековой (и не только) Европе грань между разбойником и рыцарем была причудливо тонка.

Непростой парень из Девоншира.


Жизненный путь Френсиса Дрейка к рыцарскому титулу и званию адмирала начался примерно между 1540 и 1545 годами в Девоншире. Мальчик родился в семье йомена, а уже в 12 лет ушел в плавание простым юнгой торгового корабля и с той поры с морем не расставался. Он хорошо проявил себя в морском деле и поэтому, когда владелец судна, приходившийся Дрейку родственником, скончался, то завещал свой корабль Дрейку. Так почти в 18 лет Френсис стал полноправным владельцем небольшого барка «Юдифь».

Через несколько лет, в 1567 г., по предложению другого родственника Джона Хокинса, совершил экспедицию вместе с другими английскими кораблями в Вест-Индию. Бассейн Карибского моря уже становился питательной средой для формирования целой пиратской индустрии, занимающейся захватом испанских галеонов с золотом и серебром. Процветал тут и другой выгоднейший бизнес – торговля рабами из Африки. Именно этим и планировал заняться Хокинс. Захватив рабов в Гвинее, причем часть пленников подарил ему местный вождь в знак благодарности за оказанные услуги при борьбе с оппонентами, англичане отправились в Вест-Индию, где планировали выгодно сбыть «живой товар». Поначалу их коммерческая деятельность была достаточно выгодной – часть африканцев удалось выгодно продать в колониях Вест-Индии. Но потом экспедиция подверглась нападению испанской эскадры, от которой смогла уйти только «Юдифь» и корабль Хокинса «Миньон». В Англию они возвращались отдельно друг от друга, причем на «Миньоне» свирепствовал жестокий голод, уничтоживший большую часть экипажа. Однако немало полученной от сделок и захваченной у испанцев добычи удалось спасти, и она принесла хорошую прибыль.
Быстро уяснив перспективы, и в первую очередь финансовые, Дрейк в 1572 г. организовал уже собственную экспедицию в Вест-Индию с целью потревожить спокойствие и финансовое благополучие тамошних подданных испанского короля.

На двух кораблях под названием «Паша» и «Лебедь» вместе со своим младшим братом корсар направился в район Панамы, где располагался один из важнейших транспортных и перевалочных узлов по отправке серебра и других драгоценностей в Европу. Во время этого похода ему посчастливилось захватить в этом районе большое количество серебра и вернуться в августе 1573 года в Плимут уже богатым и известным человеком.
Из множества английских корсаров, промышлявших на испанских коммуникациях, Дрейк показал себя одним из самых незаурядных, смелых и удачливых капитанов. На вырученные средства корсар приобрел большой дом и три корабля, сам став судовладельцем. Несколько лет его жизнь была более-менее спокойной. Однако в 1575 г. начинается очередной виток обострения англо-испанских противоречий, когда аргументы уже начинают измерять массой пушечного ядра. При дворе королевы Елизаветы тоже были не против прочистить орудийные жерла. Государственный секретарь Френсис Уоллсингем, по совместительству являющийся главой «партии войны», предложил смелый план: снарядить и отправить морскую экспедицию, в задачи которой входило бы нанесение Испании ударов в самых чувствительных и уязвимых частях мира.
На должность командующего подобным предприятием Уоллсингем предложил Дрейка, с которым был знаком лично. Идея пришлась по душе – было создано специальное коммерческое сообщество на паях, куда вложился сам государственный секретарь, высокопоставленные придворные и коммерсанты. Дрейк тоже внес значительную сумму. Все эти меры были приняты для финансирования рискованной, но обещавшей хорошие прибыли экспедиции. Наиболее подходящим районом действий, по мнению Дрейка, должна была стать Америка. Корсар был удостоен тайной аудиенции у Елизаветы, которая полностью поддержала идею и план предприятия, пожелав принять в нем личное, но тайное финансовое участие. Дрейку королева настоятельно порекомендовала держать язык за зубами, в противном случае пригрозив отрубить ему голову.
Вся первая половина 1577 г. прошла в подготовке к экспедиции. Всю информацию о предстоящих планах держали в тайне. Во-первых, испанский посол Бернандино де Мендоса имел достаточно золота для поддержания энтузиазма своих многочисленных осведомителей, во-вторых, в Лондоне имелась и влиятельная партия мира, которая не желала войны с Филиппом II и поэтому могла наделать глупостей. Экипажам кораблей как бы между прочим говорилось о походе в Средиземное море. Де Мендоса же был уверен, что Дрейк отправится в Шотландию. Отношения между Англией и Испанией достигли отметки «безнадежно», и в предстоящей войне уже никто не сомневался. В Лондоне открыто набирали добровольцев для предстоящих наземных операций в Нидерландах. На фоне усиливающейся воинственной риторики Дрейк вышел в море почти не замеченным. 15 ноября 1577 г. его корабли покинули Плимут.

Через океан.

Берега Англии под командованием корсара покинули (как оказалось вскоре, ненадолго) пять кораблей. Самым крупным из них был «Пеликан» – грузоподъемностью чуть более 100 тонн и оснащенный 22 пушками. Роль младшего флагмана выполняла 80-тонная «Елизавета» под командованием Джона Винтера, представителя знатной семьи, принявшей участие в финансировании экспедиции. Три остальных корабля были меньшего размера: 50-тонный «Бенедикт», 30-тонный «Златоцвет» и 15-тонный «Лебедь». Личный состав на всех кораблях насчитывал 164 человека, которым перед отплытием сообщили, что эскадра отправляется в Александрию. Однако вскоре после отплытия корабли попали в шторм, и некоторые из них получили серьезные повреждения. Пришлось вернуться в Плимут и, произведя необходимый ремонт, выйти в море 28 ноября, окончательно покинув родную гавань.

Схема кругосветной экспедиции «Золотой лани».

На случай потери друг друга из вида в море была оговорена точка сбора у острова Могадор, расположенного у Марокканского побережья. 25 декабря, пользуясь попутными ветрами, эскадра Дрейка собралась в назначенном месте. После пополнения запасов и заключения ряда торговых сделок с местным населением корабли двинулись в сторону мыса Кап-Блан на западном побережье Африки. В эту точку пришли в середине января уже нового, 1578 года, захватив по пути несколько испанских кораблей. Забрав с них все ценное и большую часть провианта, Дрейк отпустил испанцев. Один из трофейных кораблей он решил оставить у себя, передав владельцу вместо него «Бенедикт». Нового участника экспедиции переименовали в «Христофор».
Через несколько дней англичане снялись с якорей и направились к островам Зеленого Мыса, где был захвачен испанский корабль с большим грузом различных товаров. Однако самым ценным трофеем было наличие на испанце опытнейшего штурмана, 60-летнего Нуньеша Сильвы, которого, после того как испанский экипаж был отпущен, Дрейк любезно попросил остаться. Впоследствии Сильва находился на эскадре в качестве штурмана более 15 месяцев.
В первых числах февраля корабли покинули острова Зеленого Мыса и двинулись в сторону Бразилии. Теперь уже все экипажи знали о целях и задачах похода. 1 апреля 1578 г. впередсмотрящие заметили, наконец, берег. Это была Южная Америка. Преодоление Атлантики прошло беспрепятственно, и 5 апреля эскадра подошла к берегу устья Ла-Платы. Экипажам требовался отдых после долгого плавания. Переждав неожиданно разразившийся шторм во многом благодаря мастерству Нуньеша Сильвы, и сделав необходимую передышку, Дрейк вошел в устье Ла-Платы и двинулся вверх по реке. Поход был спокойным, удалось пополнить запасы пресной воды.

Через неделю Дрейк повернул обратно и, выйдя из реки, направился на юг вдоль побережья. Тут обнаружилось, что один из кораблей, «Лебедь», пропал. Сигналы о том, что его командир, Томас Доути не обладал достаточной степенью надежности, Дрейк получал еще в Англии, но поначалу не придавал этому значения. 12 мая корабли встали на якорь в удобной бухте, однако внезапно потемнело, и началась буря. Утром следующего дня выяснилось, что исчез «Златоцвет». Двигаясь далее на юг и достигнув бухты Святого Юлиана, памятной тем, что в ней останавливался сам Магеллан, Дрейк решил организовать поиски исчезнувших кораблей своей поредевшей флотилии.
«Елизавета» была отправлена на юг, а сам корсар направился на север, где вскоре встретил исчезнувшего «Лебедя». С беглеца были сняты все припасы и вооружение, экипаж распределен на другие корабли, а сам «Лебедь» – уничтожен. Над Доути состоялся суд: его обвинили в краже добычи с испанского корабля, которая была нагружена на «Лебедь», и в дезертирстве. Ему был вынесен обвинительный приговор, и через несколько дней бывший капитан был обезглавлен вблизи того места, где 5 лет назад Магеллан повесил вице-адмирала своей экспедиции Х. Картагена в сходных обстоятельствах.
Уменьшившаяся в размере флотилия 17 августа после двухмесячной стоянки в бухте Юлиана – длительный отдых перед долгим походом – продолжила путь. Теперь в ее составе было только три корабля: «Пеликан», «Златоцвет» и «Елизавета». «Лебедь» был уничтожен еще в мае, а состояние испанского трофейного корабля «Христофор» было признано не подобающим для дальнейшего похода, и от него также избавились.
20 августа англичане увидели Мыс Девственниц, или, как его называли англичане, мыс Девственной Марии. В честь английской королевы-девственницы был произведен салют, и потом Дрейк приказал переименовать свой флагман «Пеликан» в «Золотую Лань». Именно это животное был изображено на гербе королевского фаворита Христофора Хеттона. 22 августа 1578 г. флотилия Дрейка вошла в Магелланов пролив, скоро корсарам предстояло познакомиться с новым для них океаном – Тихим.

Грозные просторы Тихого океана.



Форсирование Магелланова пролива проходило медленно, с остановками для пополнения запасов воды и охоты на тюленей. Местное население, встречавшееся англичанам, было настроено дружелюбно, охотно соглашаясь на меновую торговлю. 6 сентября Дрейк и его спутники увидели Тихий океан. Англичане называли его Южным морем. Уже на следующий день, 7 сентября, разыгрался жестокий шторм, который не утихал, по словам очевидцев, 52 дня. Вскоре корабли потеряли друг друга из виду, а «Золотую лань» отнесло намного южнее. Дул сильный ветер, днем не было видно солнца, а ночью – луны и звезд. Так продолжалось вплоть до 28 октября, когда стихия, наконец, успокоилась. На всех известных картах того времени к югу от Южной Америки был изображен огромный материк под названием «Неизвестная Южная Земля». Дрейк выяснил на собственном опыте, что к югу от Магелланова пролива находится не огромный материк, а водный простор. Добравшись до мыса Горн, «Золотая лань» сделала там двухдневную остановку, где корабельный пастор Флетчер оставил памятную надпись.
Еще до выхода флотилии в Тихий океан Дрейк предусмотрел ситуацию, когда корабли могут потерять друг друга, и назначил точку сбора заранее. 30 октября флагман корсара находился уже в виду берегов Перу. Продвигаясь вдоль побережья к северу, Дрейк 25 ноября достиг острова Мучо, где было решено пополнить запасы пресной воды. Командующий экспедицией вместе с группой матросов высадился на берег. Местные индейцы вначале встретили пришельцев дружелюбно, принесли свежей провизии, и пообещали показать источники воды. На следующий день англичане вновь высадились на острове, но были густо обстреляны из луков – некоторые члены экипажа получили ранения.

Дрейку предложили обстрелять остров из пушек, однако он отказался, предположив, что их приняли за испанцев, которых местное население имело серьезные причины недолюбливать. Тогда же Дрейк и получил ранение стрелой в лицо. Главный врач экспедиции умер, его помощник находился на пропавшей «Елизавете», поэтому Дрейку пришлось самому заниматься лечением своих подчиненных. Все они, кроме двух (матрос, получивший более 20 ранений, и слуга капитана) выздоровели.
30 ноября «Золотая лань» встала на якорь в 15 милях от испанского порта Вальпараисо. Пополнив провизию и воду при помощи местных жителей, Дрейк решил нанести хозяевам этих мест визит вежливости. 5 декабря 1578 г. «Золотая лань» вошла на рейд Вальпараисо. Испанцы даже не высказали сомнения, что это их корабль, – другого в этих водах, по их мнению, просто быть не могло. На якоре стояло судно «Капитан Мориаль», груженное вином и золотом. Испанец был рад гостю и встретил его барабанной дробью. Тем временем Дрейк спустил шлюпку и вместе с абордажной партией, вооруженной до зубов, подошел к борту «Капитана Мориаля». Дальше все произошло быстро и совсем не торжественно. Встречавший гостей испанский капитан был сбит с ног ударом палки, и вскоре англичане овладели «Капитаном Мориалем». Никто из команды убит не был, и ее заперли в трюме. Нападавшим досталась большая добыча. После чего англичане наведались и в сам Вальпараисо.

Город состоял на тот момент из десятка домов и нескольких складов, к тому же в спешке оставленных перепуганным населением. Погрузив все найденное продовольствие на шлюпки и направив на «Капитана Мориаля» группу матросов для управления, «Золотая лань» и ее пленник покинули гавань. Испанский экипаж был отпущен на берег кроме штурмана и еще двух моряков. Кроме того, Дрейк забрал все имеющиеся испанские карты. В укромной бухте с трофейного судна, кроме всего прочего, было сгружено 170 бочонков лучшего испанского вина.
После жестокого двухмесячного шторма, который вынесла «Золотая лань» при знакомстве с Тихим океаном, корабль начал давать течь, и ему требовался ремонт. После нескольких неудачных попыток 22 декабря 1578 г. была найдена подходящая бухта с большим количеством рыбы. Ремонт продолжался до середины следующего месяца – тут же в бухте был встречен и новый 1579 год. 18 января одинокий флагман Дрейка направился на север. Корсар не терял надежду разыскать своих исчезнувших спутников – до сих пор ни о «Елизавете», ни о «Златоцвете» не было никаких известий. По пути англичане неоднократно высаживались на берег в поисках пресной воды, в которой испытывали постоянную нужду. Также осуществлялись нападения на небольшие испанские прибрежные городки, в которых, тем не менее, удавалось взять богатую добычу.
Наконец в 15 милях от порта Кальяо Дрейк перехватил небольшой испанский корабль из Лимы. Интереса в качестве трофея он не представлял, зато его капитан дал англичанам любопытные сведения. По его словам, в Кальяо стояли корабли, пришедшие туда с грузом золота и других драгоценностей. Часть содержимого трюмов уже успели разгрузить, однако была вероятность, что некоторые еще не избавлены от своей драгоценной ноши. Ночью Дрейк вошел в гавань Кальяо, где на якорях стояло несколько десятков кораблей. «Золотая лань», ни в чем не заподозренная, встала между ними. Абордажная партия осмотрела ряд кораблей, экипажи которых находились на берегу – испанцы были так уверены в своей безопасности, что с пренебрежением относились к караулам и вахтам. Впрочем, трюмы оставленных без присмотра кораблей были действительно пусты.
Тем не менее от нескольких захваченных врасплох матросов корсарам удалось выяснить некоторые новости, а также сведения об испанском судоходстве в этих водах. Пока корсары перерезал якорные канаты, чтобы в случае преследования создать дополнительную сумятицу, прибывшие таможенные чиновники заподозрили неладное и подняли тревогу. «Золотой лани» пришлось срочно сниматься с якоря, захватив по пути из гавани очередной испанский корабль «Святой Христофор» с богатой добычей. Когда испанцы опомнились, то послали за Дрейком два спешно снаряженных корабля. Увидев погоню, корсары перегрузили всю добычу со «Святого Христофора» к себе и отпустили его вместе с освобожденными пленниками. Погоня за «Золотой ланью» продолжалась целый день и ожидаемо не увенчалась успехом. Преследователи ни с чем вернулись в Кальяо, а удачливые корсары продолжили свой поход в северном направлении.

«Золотая лань» атакует галеон «Какафуэго».Старинная гравюра.

Взбешенный вице-король Перу дон Луис де Толедо пребывал в ярости и приказал направить быстроходный фрегат вдоль всего побережья для оповещения, что в здешних водах орудует «дьявол Дрейк». Сам же возмутитель спокойствия, вовсе не претендовавший на подобный громкий титул, продолжал свое плавание, периодически высаживаясь на берег, где собирал сведения и пополнял запасы. Таким образом была получена информация о «Какафуэго», большом торговом судне, перевозившем золото и драгоценности, которое опережало «Золотую лань» на пару дней. Дрейк немедленно организовал погоню.
1 марта англичане настигли столь желанный приз и захватили его без сопротивления. На борту оказалось золота и других драгоценностей на 400 тыс. песо, из которых более ста тысяч принадлежало королю Филиппу II. Это был очень солидный куш, учитывая, что сумма всей ранее захваченной добычи насчитывала около 440 тыс. песо. После того как драгоценный груз «Какафуэго» перекочевал в трюм «Золотой лани», 7 марта испанец был отпущен. Спустя некоторое время капитан «Какафуэго» дал подробные показания панамским колониальным властям в отношении английского корабля, впечатлений от бесед с самим Дрейком и предположений о его дальнейших планах.
Корсар по-прежнему надеялся встретить своих спутников, однако надежда эта становилась от месяца к месяцу слабее. В апреле 1579 г. «Золотая лань» была уже в центральноамериканских водах, доставив своими действиями множество хлопот местным губернаторам. 13 апреля Дрейк зашел в Гватулько, небольшой, но важный в транспортном отношении порт, вызвав переполох у местных жителей. Пополнив провизию и оставив на берегу всех испанцев и португальца де Сильву, «Золотая лань» вновь ушла в океан.

Дрейк и индейцы Нового Альбиона. Из книги Д. Генри. 1774 г.
Корсар планировал вернуться домой еще не хоженым путем – среди моряков и географов ходили слухи о существовании прохода между Тихим океаном и Атлантикой, только на севере. Так пока еще в неясной дымке рождалась идея о Северо-Западном проходе. Англичанин думал, что стоит пройти еще относительно недалеко на север и можно будет через пролив вновь вернуться в Атлантику. Берега были пустынными и однообразными, температура неуклонно снижалась. Начались туманы, а после них и снегопады. Настроение команды падало, и, поняв, что северный проход в Атлантику в данных реалиях неосуществим, Дрейк повернул на юг.
17 июня 1579 г. к северу от современного Сан-Франциско англичане высадились на берег и приступили к постройке форта для защиты от возможного нападения индейцев. «Золотая лань» нуждалась в ремонте перед ожидающимся броском через Тихий океан. Но отношения с индейцами были настолько дружественными, что Дрейк решил объявить эти земли владением королевы Елизаветы под названием Новый Альбион. Но между новыми землями и родным Плимутом оставалось 16 тыс. миль, и надо было возвращаться. Англичане планировали идти домой через Молуккские острова и мыс Доброй Надежды. 23 июля 1579 г. «Золотая лань» оставила за кормой американский берег, начав путь домой.

Возвращение.

Первую землю после перехода через океан англичане увидели 30 сентября – после 68 дней плаванья. Туземцы, получив с борта «Золотой лани» различные подарки, ничего не дали взамен – Дрейк прозвал эту землю островом Воров. В конце октября «Золотая лань» прошла мимо Филиппин и 3 ноября подошла к берегам Молуккских островов. Тамошний султан, которому очень понравилась английская музыка, радушно принял гостей, обеспечив их свежей провизией. 9 ноября на небольшом острове к югу от Целебеса была сделана четырехнедельная остановка с целью подготовиться к финишной прямой.
12 декабря земля, получившая за изобилие на ней характерной живности название острова Крабов, осталась за кормой, а 9 января 1580 г. корабль внезапно наскочил на скалу и крепко застрял. Положение казалось критическим – море волновалось, единственная шлюпка могла вместить только 20 из 58 человек команды, к тому же ветер был от берега. Дрейк, не потерявший присутствия духа, приказал выбросить за борт все ненужное, включая часть провианта и оружия. Неприкосновенность сохранялась только для драгоценностей. После 20 часов непрерывных усилий «Золотую лань» удалось высвободить из плена, и она пошла дальше.

Теперь уже хорошая погода благоприятствовала Дрейку – 15 июня его корабль достиг мыса Доброй Надежды, 22 августа остались за кормой Канарские острова. 26 сентября 1580 г., спустя два года, девять месяцев и 11 дней, «Золотая лань» вошла в Плимут. Первым из соотечественников, которого встретил возвращающийся из кругосветного плавания корабль, был рыбак на лодке – у него поинтересовались, жива ли королева, и получили утвердительный ответ. На берегу было малолюдно – в воскресенье большинство народа находилось в церкви, так что встреча корсаров, привезших добычу на сумму, превышающую 600 тыс. фунтов стерлингов, была более чем скромной. Более того, при дворе королевы начались споры о законности захвата Дрейком таких огромных богатств. Сомнения разрешила сама Елизавета, приказав своему пирату явиться к ней во дворец.
Судьба двух других кораблей Дрейка была не столь удачливой: «Златоцвет», по-видимому, погиб во время шторма, а «Елизавета» вернулась домой в Англию по инициативе своего капитана. На Дрейка обрушились заслуженные почести, богатство и слава. 4 апреля 1581 г. на палубе «Золотой лани» его посвятили в рыцари. Но главное дело еще ждало сэра Дрейка впереди – война с Испанией становилась неизбежной, и скоро к берегам Туманного Альбиона отправится знаменитая Непобедимая Армада. Но это уже другая история.
Автор: Денис Бриг.
[Источники]Источники:

Источник:http://topwar.ru/.



Tags: ВЕЛИКОБРИТАНИЯ., ИСПАНИЯ., ПАРУС., ПИРАТЫ., ФЛОТ., Флотоводцы.Мореплаватели., Френсис Дрейк.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments