navy_chf (navy_chf) wrote,
navy_chf
navy_chf

Но примешь ты смерть от коня своего...Часть I.


26 марта 1944 года подводная лодка США «Таллиби» при атаке японского конвоя потоплена собственной торпедой, описавшей циркуляцию.

Гибель боевого корабля от воздействия собственного оружия не является уникальным событием в мировой истории. Конечно, наиболее часты случаи гибели кораблей в результате взрыва собственного боезапаса. Но и «активное» применение вооружения не так уж редко «выходило боком» не противнику, а тому, кто это оружие применял.
Например, минный заградитель «Енисей» РИФ, в самом начале русско-японской войны, 29 января 1904 года, погиб на собственной мине, которую он только что установил. И это – далеко не единственный подобный случай. Но мина – оружие пассивное, плавает (точнее - сидит) себе под водой и ждет, кто на нее «наедет». Свой – чужой – все равно. А вот когда стреляешь по врагу, а получаешь сам – это уже парадокс и «непорядок»!

Случай, упомянутый в начале статьи, в литературе раскрыт весьма скупо. Дело в том, что остался единственный свидетель «со стороны нападения», да и тот - не очень информированный. Атакованная сторона вообще об этой атаке не узнала.
Ночью 26 марта группа японских судов, отходивших с островов Палау, вошла на позицию подводной лодки «Таллиби» (тип «Балао»). Лодка установила радиолокационный контакт с крупным конвоем, и Бриндупке сблизился с ним в надводном положении. Визуальный контакт с кораблями конвоя установить было невозможно из-за штормовой погоды. Вскоре Бриндупке по данным радиолокатора выпустил две торпеды из носовых аппаратов.

Схема подлодки типа «Балао».

Примерно через полторы минуты лодка содрогнулась от сильного взрыва и почти мгновенно затонула. О гибели лодки рассказал японцам взятый ими в плен старшина с «Таллиби» – единственный, кто спасся с погибшего корабля. Японцы не стали приписывать себе уничтожение подводной лодки: ни на одном из их эскортных кораблей не видели «Таллиби» и не могли ее контратаковать.
Поскольку японцы отрицают атаку подводной лодки кораблями сопровождения – то единственная версия, в том что, подводная лодка была потоплена одной из собственных выпущенных торпед (вторая торпеда попадает в цель).
Вследствие гибели «Таллиби» в завесе подводных лодок у островов Палау образовалась брешь, через которую прорвались многие японские суда.
Попадание собственной торпеды, в данном случае, является лишь гипотезой, правда, практически являющейся фактом. Минных полей в этом районе не обнаружено, противник о лодке не знал, взрыв – наружный, после пуска торпеды… Теоретически остается возможность атаки другой лодкой, экипаж которой затем «скромно умолчал» о факте атаки. Но это – очень маловероятно!
Если в случае с «Таллиби» остались какие-то сомнения при определении причины ее гибели, то достоверно известно, что другая американская подводная лодка – «Тэнг» – погибла от собственной циркулирующей торпеды. 24 октября того же года она вышла в атаку в надводном положении на поврежденный японский транспорт. Первая из выпущенных торпед попала в цель, но транспорт остался на плаву. Командир приказал выпустить вторую торпеду, но она уклонилась влево и начала совершать циркуляцию, что было хорошо видно с мостика лодки по следу из пузырьков воздуха от торпедного двигателя. Команда дать полный ход и начать уклонение запоздала, и через некоторое время сильный взрыв потряс подводную лодку. В результате взрыва «Тэнг» затонула, а спасшиеся с нее подводники были взяты в плен.
Здесь уцелел сам командир, командующий атакой и видевший ее развитие. Так что информации значительно больше.
USS Tang «Тэнг» принадлежала к субмаринам класса «Балао» и была заложена на на военно-морской верфи Маре Айленд (штат Калифорния) 15 января 1943 года. Спущена на воду 17 августа 1943г.

«Тэнг» покидает верфь.

За пять боевых походов "Тэнг" сумела серьезно насолить японцам, отправив на дно 33 судна, водоизмещением 116 000 тонн (по американским данным), став таким образом одной из самых результативных подлодок в американском флоте. Судьба благоволила подлодке и ее экипажу, но как показала жизнь, лишь до поры до времени...
В последнем своем боевом походе лодка потопила 7 вражеских судов. Интересен один эпизод из боевой биографии этой лодки, не связанный с охотой на японские транспорты. Подводная лодка «Тэнг» получила приказ спасать летчиков с подбитых самолетов, участвовавших в конце апреля в воздушных налетах с авианосцев на острова Трук. В 4 часа 30 апреля 1944 года «Тэнг» заняла позицию близ атолла в пределах досягаемости огня японских береговых батарей.
36 мин. спустя были замечены первые самолеты. В 6 час. 10 мин. вахтенный на мостике заметил, как первый самолет снизился над островом Дублон. Группа неопознанных самолетов вынудила подводную лодку уйти на глубину, и в течение 13 мин. она должна была держаться под водой, хотя самолеты могли оказаться своими. Всплыв на поверхность, подводная лодка наблюдала за бомбардировщиками, бомбившими острова Трук. В 10 час. 25 мин. было получено первое донесение о сбитом самолете. Подводная лодка направилась к указанному в донесении месту, находившемуся на расстоянии 2 миль от острова Фоуруп. По пути в этот район подводной лодке «Тэнг» пришлось проходить вблизи береговых батарей на острове Оллан.
Три летчика плыли на плоту на расстоянии почти 4 миль к западу от первоначально указанного в донесении места. На помощь лодке подошли американские истребители. В результате эти три летчика, выбросившиеся на парашютах после попадания в самолет нескольких японских снарядов, были подобраны. Не успела «Тэнг» управиться с тремя первыми подобранными летчиками и дать полный ход, как ею был получен новый сигнал о том, что сбит самолет на расстоянии 2 миль к востоку от острова Оллан. Командир решил, не погружаясь, пройти мимо противника и обстрелять его батареи. Артиллеристы подводной лодки выпустили 20 снарядов по огневым точкам противника, когда лодка проходила мимо них. Последовал ответный залп со стороны японских батарей, и лодке пришлось погрузиться. Лодка оставалась под водой в течение 40 мин., затем она полным ходом направилась в район восточнее островов Трук.
Отсюда подводная лодка пошла зигзагообразным курсом для исследования этого района, сигнализируя зелеными ракетами через каждые 15 мин. в надежде получить ответный сигнал от летчиков. Один из спасенных летчиков рассказывал после, что он видел сигнал подводной лодки, но боялся ответить на него. Несколько часов бесплодных поисков летчиков закончились встречей с японской подводной лодкой. Командир лодки погрузился для проследования, но лодка исчезла. Когда «Тэнг» снова всплыла на поверхность, ее команда выложила на палубе полотнище, подтверждающее обнаружение подводной лодки противника. Об обнаружении японской лодки было послано донесение также и командиру оперативного соединения. В свою очередь подводной лодкой «Тэнг» было получено донесение о том, что в двух милях к юго-западу от острова Оллан дрейфует спасательный плот.
«Прежде чем мы достигли плота, поплавковый гидросамолет, базировавшийся на линейный корабль «Северная Каролина», в результате большой зыби перевернулся при попытке спасти летчиков, — писал командир лодки. — Другой самолет совершил опасную посадку на воду. В тот момент, когда мы подошли, он отбуксировал плотик на значительное расстояние от острова. Это очень нам помогло, так-как мы ожидали обстрела противника с острова Оллан: более того, наши истребители уже обстреливали огневые точки японцев».
Днем подводная лодка «Тэнг» подобрала летчиков, которых искала в течение предыдущей ночи. Таким образом, к трем спасенным ранее прибавилось еще три летчика. Затем кружившие над лодкой истребители направили ее к другому спасательному плоту. Еще три летчика были приняты на борт. Тут же было получено донесение о трех спасательных плотах, дрейфовавших близ атолла Куоп, и лодка полным ходом направилась к указанному месту. «Так как наша подводная лодка подошла к атоллу утром, мы затребовали и тотчас получили хорошее воздушное прикрытие, — рассказывал командир лодки. — Действуя близ острова Месегон, между атоллом Куоп и островами Трук, мы ожидали, что противник заставит нас отойти. Но прикрывавшие нас штурмовики, очевидно, помешали противнику это сделать». Артиллерия противника не реагировала на действия лодок, когда над данным районом появлялись американские самолеты. Японцы, очевидно, не хотели, чтобы их огневые позиции были обнаружены и атакованы бомбардировочной авиацией. Командир лодки продолжал требовать прикрытия истребителей; такое прикрытие ему было обеспечено, и лодка действовала точно и без промедлений. Во время налетов на острова Трук было сбито 35 летчиков. Подводная лодка «Тэнг» спасла 22 из них. Остальные почти все были сбиты непосредственно над целью или над центральной частью атолла, куда нельзя было добраться.
Подводная лодка «Тэнг» во время одного боевого дозора спасла 22 летчика, чего не могла добиться в течение всего года ни одна другая американская подводная лодка. Она разрешила все сомнения относительно ценности прикрытия, обеспечиваемого истребителями. С этих пор такое прикрытие стало обычным явлением во время всех воздушных налетов, производимых авианосной авиацией. Оперативный план авианосных сил во время операции в районе Марианских островов предусматривал воздушное прикрытие для каждой подводной лодки, несущей службу по спасению летчиков, и ставил перед истребителями четыре специальные задачи: а) самолеты должны были помогать подводным лодкам обнаруживать местонахождение оставшихся в живых летчиков; б) прикрывать подводные лодки от атак с воздуха или от нападения небольших дозорных кораблей; в) не допускать, чтобы свои самолеты вынуждали подводную лодку уходить на глубину; г) служить указателем местоположения той или иной подводной лодки с таким расчетом, чтобы летчики подбитых самолетов могли точно установить, где находится лодка, и, если возможно, двигаться по направлению к ней.



«Тэнг» со спасенными летчиками возвращается на базу.

Успешные действия подводной лодки «Тэнг» по спасению летчиков не только подтвердили важность использования истребителей прикрытия, но и убедили также всех в необходимости широко использовать подводные лодки для спасения летчиков. Просьбы об организации спасения летчиков силами подводных лодок приходили со всех сторон: из частей бомбардировочной авиации на Соломоновых островах, островах Адмиралтейства, на Новой Гвинее и в отдаленных районах Китая. В результате этих просьб с начала лета 1944 года одна подводная лодка была направлена в район островов Трук, а другая — в район островов Яп — Волеай для спасения летчиков с бомбардировщиков, базирующихся на береговые аэродромы. Они должны были действовать в этих районах до осени того же года. 14 июля подводная лодка «Гуавина», действовавшая близ острова Яп, спасла четыре человека из экипажа самолета типа «Либерейтор», входившего в 13-ю воздушную армию, который разбился за день до этого. Через пять дней она подобрала восемь летчиков, которые выбросились с парашютами из другого самолета типа «Либерейтор».
Работа по спасению летчиков в районе Каролинских островов в первое время совмещалась с обычным патрулированием. Каждой подводной лодке, находившейся в этом районе, эта задача ставилась как дополнительная. Но положение изменилось после того, как базы противника на Каролинских островах остались в тылу; движение японских торговых судов в этих водах почти целиком прекратилось и возможности действий против них резко сократились. В связи с этим такие подводные лодки, как «Планжер», «Поллак», «Пермит» и «Тарпон», имеющие лишь по шесть торпедных аппаратов, стали использоваться только в этих районах. В результате таких мер освободились новейшие подводные лодки, имеющие по десять торпедных аппаратов, для действий на морских коммуникациях противника. В конце концов эти базы противника на Каролинских островах были нейтрализованы и фактически ими уже не пользовались. Когда они перестали представлять интерес как цели, нужда в использовании подводных лодок для спасения летчиков отпала.
Но вернемся к несчастливому последнему походу лодки «Тэнг». Хотя в начале поход трудно было считать неудачным.
Выйдя в свой пятый поход, командир «Тэнга» О'Кэйн провел лодку между южной границей минных заграждений, расположенных вдоль островов Нансэй и северной оконечностью Формозы, в пролив. Эта позиция позволяла лодке атаковать идущие на юг к Филиппинам суда противника еще до выхода их в район между Формозой и Филиппинами и до их встречи с развернутыми далее к югу лодками Кристи. Как и ожидалось, в этом опасном районе О'Кэйн обнаружил много судов противника. 11 октября «Тэнг» встретил конвой к северу от Формозы и дважды атаковал его, потопив два небольших судна (правда, в Японии считали, что одно из этих судов погибло, подорвавшись на мине).
23 октября «Тэнг» обнаружил конвой из пяти судов в самом Формозском проливе. Рано утром лодка заметила японское торговое судно и выпустила по нему одну за другой три торпеды. Когда судно взорвалось, О'Кейн понял, что достаточно было и одной торпеды; остальные две ушли без пользы. Так что в следующий раз он выпустил лишь одну торпеду и увидел, что не ошибся.
Потом была обнаружена японская оперативная группа из крейсера и двух эскадренных миноносцев, и лодка начала преследование, пока ее не отогнали выстрелами из восьмидюймовых орудий. Вскоре после полуночи радарная установка "Тэнга" нащупала конвой: три танкера, два транспорта и эскорт из противолодочных кораблей. "Тэнг" обогнала их и остановилась в ожидании, приготовив торпеды. Шесть носовых торпед были нацелены на танкеры, а четыре кормовые - на транспорты. Засада была превосходная.
Конвой продолжал идти по курсу. Когда расстояние между ним и подводной лодкой составило всего триста ярдов, "Хэш" дала залп. Две торпеды были выпущены в первый танкер, одна - во второй и две - в третий. Одна осталась в запасе, но она не понадобилась.
Все три судна были объяты пламенем. Теперь пришла очередь транспортов, но они при свете огня заметили подводную лодку, изменили курс и явно намеревались нанести по ней удар. Погружаться под воду было бесполезно: во время погружения лодка становилась еще более уязвимой. Бессмысленно было стрелять и кормовыми торпедами, поскольку ни один из транспортов уже не представлял собой удобной мишени.
Чтобы выбраться из трудного положения, О'Кейн положился на высокую маневренность лодки на поверхности.
- Право руля! Полный вперед! Ложиться на контркурс! - быстро скомандовал командир. И лодка медленно, очень медленно пошла, кренясь на левый борт и огибая носовую часть транспорта, от которого исходила наибольшая угроза. В ответ на этот маневр японское судно повернуло влево, намереваясь нанести удар по середине корпуса "Тэнга" и разрезать его на две части. О'Кейн смотрел и выжидал, а потом, когда настал решающий момент, скомандовал:
- Лево руля! - И корма лодки проскочила мимо транспорта на расстоянии всего лишь нескольких футов.
Возвышаясь над подводной лодкой, японцы открыли по ней огонь из пулеметов. На мостике был нужен только один человек, поэтому О'Кейн приказал остальным уйти вниз. Сам едва избежав опасности, он уже снова готовился нанести удар. Тем временем один из двух транспортов, пытавшихся сокрушить его, вот-вот должен был наскочить на другой. Желая предотвратить столкновение, транспорт продолжал разворачиваться и вследствие этого сделался уязвимым для атаки. О'Кейн не замедлил воспользоваться этим. Он быстро сманеврировал и выпустил все четыре кормовые торпеды.
Торпеды вышли одна за другой с интервалами в десять секунд и были прекрасно нацелены и рассчитаны по времени. Попадание в транспорт было неизбежным. Но это еще не все. Транспорту так и не удалось сманеврировать, и столкновение его с другим судном оказалось неотвратимым.
И то и другое случилось одновременно, в момент фантастического напряжения боя. Два огромных судна, как бешеные собаки, вцепились друг в друга, сопровождаемые лязгом и скрежетом изуродованного металла. И в это время начали рваться торпеды. Ужасные взрывы следовали один за другим с промежутками в десять секунд.
О'Кейн не стал задерживаться. Караван, состоявший из пяти судов, был уничтожен.
На следующий день радиолокатор на "Тэнге" нащупал в проливе еще один конвой. У О'Кейна оставалось еще одиннадцать торпед, и он решил, что ему представилась прекрасная возможность избавиться от них. Была проведена серия обычных маневров, и лодка снова обогнала конвой, чтобы устроить ночную засаду.
На этот раз японцы были настороже. Эскортные корабли сновали вдоль каравана судов и стреляли в темноту. Вдруг один из них стал подавать большим прожектором сигналы судам, осветив О'Кейну объекты нападения, чем оказал ему немалую услугу. О'Кейн ясно различил три громадных судна - два транспорта с десантным снаряжением и тяжело груженный танкер.
"Тэнг", как тень, пробралась между ними и распределила свои обычные шесть передних торпед между тремя мишенями.
Все торпеды достигли цели, и все три судна затонули. Сзади подходили еще танкер и транспорт, и О'Кейн сделал полный поворот, изготовившись для нанесения удара кормовыми торпедами.
- Кормовые торпедные аппараты, товсь! - скомандовал он.
- Есть товсь!
- Пли!
Три торпеды устремились вперед. В тот же миг раздался залп японских орудий, и вокруг рубки подводной лодки поднялись водяные столбы.
- Полный вперед! - скомандовал О'Кейн. Подводная лодка врезалась винтами в воду и стала быстро удаляться.
О'Кейн, внимательно всмотревшись в темноту за кормой, увидел силуэт большого миноносца. Он не сомневался, что именно этот корабль и был виновником последнего залпа. Можно ли ускользнуть, оставаясь на поверхности, или лучше пойти на погружение и неминуемо стать мишенью глубинных бомб? У него было всего несколько секунд на размышление; но когда эти секунды прошли, решать было уже нечего, ибо три выпущенные торпеды сделали свое дело: одна подорвала транспорт, вторая - танкер (судя по силе взрыва, он был полон нефти), и третья каким-то чудом попала в тот самый миноносец, который преследовал лодку. Над ним сразу же до самых облаков поднялся столб дыма.
Отрываться полным ходом теперь не было надобности. У О'Кейна оставались еще две торпеды. Пока их приводили в боевую готовность, он проверил, не сохранилось ли что-нибудь от каравана. Оказалось, что транспорт, в который попала торпеда, еще не затонул. Он стоял, накренившись под охраной двух миноносцев. О'Кейн сделал обманный маневр и выпустил одну из торпед, которая устремилась в сторону поврежденного судна. Для верности, поскольку делать больше было нечего, он послал вдогонку еще одну, последнюю, торпеду.
Ну, теперь в базу! Все торпеды израсходованы, подводная лодка "Тэнг" успешно выполнила боевое задание.
Когда была выпущена последняя торпеда, весь личный состав лодки восторженно закричал. Но тут послышался встревоженный голос О'Кейна:
- Самый полный вперед!
Оказалось, что пущенная лодкой торпеда двигалась не к заданной цели. Что-то разладилось в ней (возможно, рулевое управление), и она пошла влево по кругу. А это связано со смертельной опасностью, поскольку круг обычно замыкается там, где начался.
Погружаться в воду было некогда. Единственная надежда на спасение - вовремя избежать столкновения с торпедой на поверхности.
- Право руля! - скомандовал О'Кейн, когда лодка начала двигаться.
О'Кейн с девятью членами экипажа стоял на мостике и смотрел на торпеду, которая шла по совершенно правильному кругу, оставляя за собой слегка фосфоресцирующий след. Вот она сделала почти полный оборот и устремилась к лодке наподобие бумеранга. Люди стояли и ничего не могли сделать. В ту же минуту торпеда ударилась об лодку.
Удар пришелся по кормовому торпедному отсеку. Были разрушены три отсека, и лодка сразу же начала тонуть с дифферентом на корму.
О разворачивающейся драме члены экипажа, расположенные в разных отсеках, даже не подозревали. Узнали они об этом только, когда судно потряс ужасный взрыв где-то возле кормы. Первое впечатление было такое, что «Тэнг» наскочил на мину. У людей в трех кормовых отсеках не оставалось никаких шансов на спасение. Единственное облегчение их участи состояло в том, что, прежде чем хлынувшая вода затопила отсек, почти все они потеряли сознание от удара.
О'Кейн успел отдать приказ задраить рубочный люк. Затем силой взрыва его и еще восьмерых швырнуло в море. Кто-то оказался ранен, но помочь им было некому, к тому же ни у одного не оказалось спасательного жилета. В результате через несколько секунд на поверхности остались только четверо: О'Кейн, Либолд, инженер-механик лейтенант Ларри Савадкин и радист Флойд Каверли – перед самым взрывом он поднялся на палубу, чтобы доложить о выходе из строя части аппаратуры.
Очень скоро под тяжестью воды, залившей лодку, корма «Тэнга» с ужасающей скоростью стала погружаться в воду. Второй удар, подобный взрыву, произошел, когда корма врезалась в дно на глубине 180 футов. Значительная часть носового отсека все еще торчала над водой.
Именно мгновенная реакция О'Кейна, отдавшего приказ задраить рубочный люк, несомненно спасла жизни людям, но их положение внутри подводной лодки было отчаянным. Мало того что некоторые из них были серьезно ранены, безвыходность их положения усугубил пожар, возникший в носовом аккумуляторном отсеке. Он был быстро потушен, но внутренняя часть лодки продолжала наполняться дымом от тлеющих кабелей.
В лодке оставались люди. Одним из них был матрос-механик по имени Клейтон Оливер, который, придя в себя, увидел, что находится возле устройства управления второй балластной цистерной. Он знал, что уцелевшие могли использовать свои индивидуальные спасательные средства – аппараты Момсена, – но чтобы добраться до них, лодка должна была находиться в более или менее горизонтальном положении.
Он привел в действие устройство управления, и, как только вода устремилась в балластную цистерну, подводная лодка начала погружаться. Затем Оливер позаботился об уничтожении корабельных документов в сейфе контрольной комнаты и с несколькими из оставшихся в живых направился в носовой торпедный отсек.
Тем временем японские эскортные корабли начали беспорядочно бомбить глубинными бомбами акваторию вблизи конвоя, атакованного «Тэнгом». Ни одна из глубинных бомб не взорвалась достаточно близко для того, чтобы добить поврежденную подводную лодку, но атака продолжалась четыре часа, превратившись из-за почти не прекращающихся ударов в сплошной кошмар для уже контуженых и раненых людей. Кое-кто потерял сознание. Остальные должны были отказаться от попыток выбраться, поскольку даже на большом расстоянии ударные волны под водой могли оказаться смертельными.

План-схема повреждений.

Наконец атака закончилась, и тридцать уцелевших членов экипажа под руководством торпедного командира лейтенанта Джима Флэнагана приготовились покинуть подводную лодку. Флэнаган приказал четверым морякам войти в спасательную камеру. Через тридцать минут камера была осушена и открыта. Внутри нее все еще находились почти в бессознательном состоянии трое едва не утонувших людей. Только одному удалось выйти наружу, но, как позже узнал Флэнаган, и он не добрался до поверхности.
Снова попытка. В камеру на этот раз втиснулись пять человек. Процесс затопления и последующего осушения занял сорок пять минут, и, когда он завершился, Флэнаган увидел, что выбрались только трое. Двое остались внутри.
К тому времени Флэнаган обессилел настолько, что руководство спасательной операцией принял на себя другой офицер – энсин Пирс. Он приказал войти в камеру еще четырем человекам. Хотя каждый из них прошел через спасательный люк, только один поднялся живым на поверхность.

Рисунок на тему - моряки пытаются покинуть подлодку "Тэнг".

Тогда Пирс убедил измотанного Флэнагана покинуть лодку с четвертой группой. Когда Флэнаган с трудом подтягивался вверх по тросу, идущему из спасательной камеры к бую на поверхность, он почувствовал прямо под собой несколько толчков. Перед отходом Флэнаган заметил, что в аккумуляторном отсеке снова вспыхнуло пламя – оно было таким сильным, что начала пузыриться краска на переборке, отделяющей носовое торпедное отделение от того места, где бушевал пожар.
Вдобавок от сильного нагрева начала тлеть резиновая прокладка, образующая уплотнение вокруг герметичной двери. Теперь у тех, кто все еще был замурован в корпусе «Тэнга», не осталось надежды на спасение. Из восьмидесяти восьми офицеров, старшин и рядовых, входивших в состав экипажа «Тэнга», уцелели только пятнадцать человек, подобранных японскими судами.
29 августа 1945 года лагерь для военнопленных в Омори, где содержались уцелевшие моряки с «Тэнга», был освобожден американскими войсками. Они нашли здесь только девятерых из пятнадцати оставшихся в живых. Среди них были капитан О'Кейн и лейтенант Флэнаган. О'Кейн был позже награжден Почетной медалью Конгресса.
А Билл Либолд, предлагавший, судя по одному источнику, стрелять одной торпедой, оказался прав. Им следовало оставить свою последнюю торпеду в качестве сувенира…
На этом приключения американских лодок с собственными торпедами не исчерпаны. К счастью, жертв больше не было. Хотя, кто знает, может еще какая-нибудь из лодок, пропавших без вести, тоже приняла смерть от собственной торпеды?
10 июня 1944 года в 15.24 подлодка «Тиноса» тоже попала в опасное положение.
Вот как это произошло. Радиолокатор подводной лодки обнаружил цель на поистине фантастическом расстоянии свыше 30 миль. Прокладка показала, что судно идет постоянным курсом. Три, а то и все четыре часа «Тиноса» в надводном положении шла на сближение с целью, намереваясь выйти в точку залпа. Обнаружить противника на таком далеком расстоянии помогли, очевидно, атмосферные условия. Сближаясь с судном противника в течение нескольких часов, «Тиноса» точно определила его курс и скорость. Дик решил выстрелить из кормовых аппаратов, так как ни одна из кормовых торпед еще не была использована. «Тиноса» погрузилась. Вскоре наступил идеальный момент для залпа. С помощью прибора управления торпедной стрельбой были получены данные: дальность стрельбы около 1100 метров, угол встречи торпеды с целью 90° при нулевом угле установки гироскопа. Чтобы гарантировать попадание, Латам решил выпустить три торпеды.
— Ну, как они идут? — спросил Латам гидроакустика, когда три «рыбки» выскользнули из седьмого, восьмого и девятого аппаратов.
— Идут прямо на цель, все в порядке, — ответил тот, сосредоточив все внимание на трех торпедах, несущихся к своей цели.
Вдруг он испуганно выпрямился и почти закричал:
— Сэр, одна из торпед быстро меняет курс!
Командир бросился к экрану гидролокатора.
— Это вторая торпеда, из восьмого аппарата, — объяснил акустик. Неожиданно его голос задрожал от ужаса: — Она описывает циркуляцию, сэр! Циркуляцию! Она приближается!
Латам выслушал эту ужасную новость со своим обычным спокойствием. Дик никогда не терялся, но он слишком хорошо знал, что для подводной лодки нет ничего страшнее собственной торпеды, которая, как выпущенный голубь, вновь возвращается домой, неся с собой, однако, не оливковую ветвь, а около 300 килограммов взрывчатки, достаточной для того, чтобы отправить к праотцам корабль, выпустивший ее на волю. Циркуляция — это движение торпеды по окружности. В случае повреждения рулевого устройства торпеды она прекращает движение к цели и начинает описывать окружность, граница которой может включать и корабль, произведший выстрел.
В данном случае торпеда из восьмого аппарата стала таким возвращающимся домой «голубком» и вот-вот могла угодить в «Тиноса», если немедленно не принять мер. При скорости 35 узлов торпеде потребуется не так уж много времени, чтобы возвратиться обратно. Пронзительный вой ее гребных винтов, слышный и без гидроакустических приборов, проникал через корпус подводной лодки. Сначала звук был еле слышен, но с каждой секундой он становился громче и резче. Торпеда подходила все ближе и ближе к лодке, чтобы через мгновение вновь умчаться по своему страшному неизведанному пути.
На борту подводной лодки все уже знали, что смерть неудержимо приближается к ним. Сообщение о том, что торпеда описывает циркуляцию, облетело весь корабль. Диктор отчаянно призывал задраить водонепроницаемые двери и люки, чтобы несколько уменьшить опасность затопления в случае попадания торпеды, хотя каждый понимал, насколько безнадежна эта предосторожность. На секунду все словно окаменели. Казалось, люди перестали дышать, как будто низкий, нарастающий вой лишил их жизни. «Тэнг» и «Таллиби» находились, правда, на поверхности и поэтому были лучшими мишенями для своих торпед, чем глубоко погрузившаяся «Тиноса». Однако не было никаких гарантий, что торпеда — бумеранг не пойдет и в глубину.
Прежде чем стремительно приближавшаяся торпеда могла настигнуть подводную лодку, командир Латам, которого, казалось, ничто не могло вывести из равновесия, отдал команду, и она вдохнула жизнь в окаменевшие фигуры подводников.
— Заполнить главный балласт. Полный вперед! Срочное погружение, приказал он тихим, ровным голосом. Он боялся выбить кого-нибудь из колеи, заговорив громче обычного. — Погружаться на глубину 210 метров! — добавил он.
Циркуляция торпеды — большая редкость, и она вызывает такой страх, что даже командиру, у которого все чувства спрятаны за надежной броней внешнего спокойствия, можно простить кратковременную растерянность. Видимо, и Дик на мгновение растерялся: ведь 210 метров — это гораздо ниже предельной глубины погружения.
Не прошло и секунды после отдачи приказания, как «Тиноса» начала быстро погружаться, имея дифферент на нос в 15°.
Через некоторое время механик доложил:
— Сэр, прошли глубину 75 метров. На какую глубину погружаться?
Дик уже оправился от минутного потрясения и спокойно, будто никогда и не упоминал о 210 метрах, ответил:
— Погружаться на глубину 90 метров.
Со всеми этими событиями тесно связано и другое. За какое-то мгновение перед тем, как вторая торпеда начала описывать циркуляцию, по цели была выпущена четвертая. К этому времени первая торпеда попала в судно противника, но не взорвалась. Произошел только небольшой взрыв — возможно, в торпеде взорвался резервуар со сжатым воздухом. Торпеда из девятого аппарата не попала в цель. Та же участь постигла и четвертую торпеду из десятого аппарата: когда она приблизилась к цели, судно противника изменило курс. На большой скорости оно неожиданно развернулось и направилось к месту, где, по предположению японского капитана, должна была находиться подводная лодка. Он явно решил отомстить и готовил для «Тиноса» неприятные подарочки.
20.50. Команда подводной лодки ощутила сотрясение от взрыва первой глубинной бомбы.
20.53. Бывшая цель прислала еще одну визитную карточку.
21.00. Дик Латам приказал всплывать с 90-метровой глубины. Возможно, движение торпеды по кругу, загнавшее «Тиноса» на такую глубину, спасло ее и от глубинных бомб. Ни одна из них не взорвалась близко, так как все они были установлены на взрыв на меньшей глубине. Дик был вне себя от ярости. Он был по горло сыт японским «торговцем», который, оказывается, имел на борту глубинные бомбы и воображал, что может нападать. Он ему покажет. «Я потоплю это судно», — твердо решил Дик про себя.
Во время всплытия «Тиноса» вражеское судно сбросило еще одну бомбу. «Но чего они стоили после того, как мы наслушались воя торпеды, — записал в вахтенном журнале Латам. — Этот жуткий вой до сих пор стоит у нас в ушах».
Когда подводная лодка Дика Латама всплыла на поверхность, чтобы потопить грузовое судно, пытавшееся забросать лодку глубинными бомбами, оно уже исчезло. Латам просто не верил, что такая заметная цель могла уйти дальше, чем на 60 кабельтовых. Дик провел тщательную радиолокационную разведку. Наконец, на расстоянии около 45 кабельтовых судно было обнаружено, но одновременно выяснилось, что «Тиноса» уже миль на 35 зашла в квадрат «Боунфиш», и Латам прекратил преследование.
Все? Возможно и нет! .....>>>>>
Продолжение:https://navy-chf.livejournal.com/3745287.html
Автор:Игорь Андреев.

[Источники]Источники:
http://maxpark.com/community/14/content/3376677

Tags: Катастрофы., ПЛ., ФЛОТ.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • ЧУДО НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА (+ ФОТО).

    Оригинал взят у mon_sofia в ЧУДО НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА (+ ФОТО) 22 мая, 2012 • Протоиерей Игорь Пчелинцев Наверное, самый…

  • Так закалялась сталь.

    Я конечно же знал как создавалось это произведение, но очередной раз читая эту историю неумышленно пытался поставить себя в описанные…

  • Чайные клиперы.III.

    Кли́пер (от англ. clipper или нидерл. klipper) — парусное судно с развитым парусным вооружением и острыми, «режущими воду» (англ. clip)…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments