navy_chf (navy_chf) wrote,
navy_chf
navy_chf

Безжалостный корсар Гитлера.Часть II.

Начало:Безжалостный корсар Гитлера.Часть I.

«Виддер» во всей красе.

Весь следующий месяц «Виддер» преследовали поломки судовой машины. Как подозревал командир и некоторые офицеры, причиной могла быть недостаточная компетенция главного механика, хотя однотипный рейдер «Орион» (HSK 1 Orion) испытывал те же трудности. Рейд надо было срочно заканчивать, и корабль отправился во Францию со скоростью 5–6 узлов. 31 октября 1940 года «Виддер» прибыл в Брест, и в тот же день Хельмут фон Руктешелль, первым из командиров рейдеров, стал кавалером Рыцарского креста.

К 22 судам, потопленным во время Первой мировой, он добавил ещё 10 потопленных и захваченных судов тоннажем 58 644 тонны.
По прибытии «Руки» сразу показал свой нрав и начальству – получив приказ следовать на ремонт в Германию через Ла-Манш, он категорически отказался ввиду состояния двигательной установки, что привело к временному запрету схода экипажа на берег. В конце концов в Берлине сменили гнев на милость и с решением фон Руктешелля согласились, а за поход он удостоился самых лестных оценок – тактика была признана «превосходной». Экипаж рейдера получил долгожданный отпуск.

Новый корабль.

Долго отдыхать корветтен-капитану не дали – уже в декабре 1941 года он получил новый корабль, HSK 9 или «судно 28». От использования судов с паротурбинными двигателями было решено отказаться, и «Виддеру» больше не суждено было выйти в рейд. Новый корабль был бывшим польским судном «Бельско» (Bielsko, 10900 тонн) с двумя дизельными двигателями. Главный калибр новому рейдеру достался от «Виддера», зенитное вооружение было усилено, до шести возросло количество торпедных аппаратов, авиагруппа рейдера получила два самолёта Ar 196 вместо пары старых He 114, которые плохо показали себя на «Виддере». Главной новинкой стал малый торпедный катер LS 4, вооружённый двумя 450-мм торпедами и 20-мм автоматом «Эрликон».

Вспомогательный крейсер «Михель».

Фон Руктешелль получил право контролировать ход работ по переоборудованию корабля, а также подобрать себе экипаж. Он воспользовался этим правом в полной мере – инженеры верфи были в отчаянии от жёстких требований по переоборудованию корабля. С экипажем фон Руктешелль тоже разобрался быстро, избавившись от офицеров типа «гуманистов» Хайнике и Негенборна. Некоторые, однако, последовали за ним и на новый корабль – несмотря на тяжёлый характер фон Руктешелля, его авторитет, удача и компетентное командование, позволяющее избегать потерь, производили сильное впечатление.
К марту 1942 года новый рейдер был готов к выходу. От своего командира, получившего звание фрегаттен-капитана, он удостоился ироничного имени «Михель» (HSK 9 Michel) – прозвища, которым в Германии традиционно зовут деревенских простаков. Утром 10 марта 1942 года «Михель» покинул Киль, начав поход, из которого ему не суждено было вернуться. Второй рейд фон Руктешелля оказался очень долгим, поэтому остановимся только на нескольких подробностях его почти годового плавания.
Лавры «королей тоннажа» по-прежнему не давали покоя 52-летнему кавалеру Рыцарского креста, и он поставил перед собой амбициозную цель – потопить 200 000 тонн. Мигрени всё так же осложняли ему жизнь и отражались на экипаже, хотя взаимоотношения с командой и офицерами «Михеля» сильно отличались от первого рейда. Фон Руктешелль стал несколько мягче и более восприимчив к чаяниям своей команды. По воспоминаниям офицеров, весьма благотворно влиял на командира новый первый офицер Вольфганг Эрхардт (Wolfgang Erhardt).

«Арадо» Ar 196 — один из наиболее удачных образцов бортовой авиатехники.

Чрезвычайно сложный, но успешный прорыв через Ла-Манш сплотил экипаж и заставил поверить его в счастливую звезду своего командира. 20 марта 1942 года «Михель» вырвался в Атлантику из французского порта Ла-Паллис. Рейдер быстро добился успеха в своей операционной зоне, потопив два танкера, при этом во втором случае американский «Коннектикут» (Connecticut, 8684 брт) был потоплен торпедами катера LS 4.
Всё изменилось 1 мая 1942 года, когда «Михель» встретил британское судно «Менелаус» (Menelaus). Его капитан распознал охотника и бросился удирать, издавая в эфир кодовый сигнал о нападении. Фон Руктешелль послал за ним катер под командованием обер-лейтенанта Мальте фон Шака (Malte von Schack). Он пытался остановить судно, а когда англичане отказались, выпустил торпеды. Обе прошли мимо. Фон Шак настолько явно представлял разъярённого фон Руктешелля, что в отчаянии попытался остановить огромное (10 306 брт) судно огнём из 20-мм зенитного автомата. Но «Эрликон» заклинило, и «Менелаус» ушёл, транслируя в эфир все подробности нападения.
Предчувствия не обманули фон Шака. Рассвирепевший, мучающийся мигренью фон Руктешелль собрал офицеров и заявил, что ещё один такой случай вопиющей некомпетентности – и он прервёт операцию, а пока рейдер переходит к печально известной «ночной тактике». Атаки во мраке ночи с кинжальным огнём в упор и без предупреждения возобновились, что, разумеется, привело к значительным жертвам.
Десятая жертва «Михеля» стала пятым пунктом обвинения фон Руктешелля в мае 1947 года. 10 сентября 1942 года в южной Атлантике британский пароход «Эмпайр Даун» (Empire Dawn, 7241 брт) был расстрелян «Михелем» в сумерках на встречных курсах с близкой дистанции. Огонь вёлся до потопления судна, 22 моряка погибли. Капитан потопленного парохода впоследствии утверждал, что подавал сигналы прекратить огонь, но немцы их не заметили.
К Рождеству 1943 года фон Руктешелль, получивший звание капитана цур зее и Дубовые листья к Рыцарскому кресту, подошёл ответственно – экипаж и даже пленные получили подарки, а сам он написал своим «взрослым детям», как он называл матросов, кукольную любовную пьесу весьма мрачного содержания. Во время репетиций «детям», правда, приходилось туго, так как плохая игра актеров приводила командира в не меньшее бешенство, чем сорвавшаяся атака.
10 месяцев скитался «Михель» в Атлантическом и Индийском океанах. Командование направляло его даже в Антарктику, но фон Руктешелль отказался в резкой форме. Возвращение домой планировалось в феврале 1943 года, но гибель немецкого блокадопрорывателя «Ракотис» (Rhacotis), на котором находилось большое количество пленных с потопленных рейдерами судов и которые могли дать показания союзникам, заставили Берлин отменить решение о возвращение в Европу. «Михелю» предстоял путь к союзникам в Японию, что не вызвало радости ни у экипажа, ни у пленных.

«Михель» в деформирующей камуфляжной окраске.

10 февраля 1943 года «Михель» прибыл в Батавию, завершив 324-дневный рейд. Его итогом стали 14 потопленных судов на 94 363 брт. К этому времени у фон Руктешелля обнаружились проблемы с сердцем. 2 марта 1943 года он довёл рейдер до Кобэ, где 23 марта, в день своего 53-летия, сдал командование Гюнтеру Гумприху (Günther Gumprich), бывшему командиру погибшего в ноябре 1942 года рейдера «Тор» (HSK 4 Thor). Взамен Гумприх, исполнявший обязанности помощника немецкого военно-морского атташе, передал нуждающемуся в отдыхе и лечении фон Руктешеллю свою должность.
Вместе с уходом с мостика «Михеля» его жестокого командира ушла и удача рейдера: 17 октября 1943 года, при возвращении из похода, у самых берегов Японии «Михель» был потоплен американской подводной лодкой. Гумприх и более 150 членов экипажа погибли при атаке, ещё более 100 спасшимся морякам предстояла участь многих их жертв – погибнуть в море, ожидая спасения. Капитан цур зее Гумприх, в отличие от маниакально осторожного фон Руктешелля, пренебрёг гидрофонами, противолодочным зигзагом и другими мерами предосторожностями, за что и поплатился. Зато у него был лёгкий и приятный характер…

Дорога домой, приговор и смерть.

Летом 1946 года американский транспорт «Марин Робин» (Marine Robin) совершал переход из Шанхая в Бремерхафен. Он перевозил почти тысячу немецких военнопленных, а также гражданских, подлежащих репатриации в Германию из Китая и Японии. Американцы не утруждали себя особой заботой о пассажирах, возложив все проблемы обеспечения на них самих. Одним из разносчиков пищи был худой, болезненного вида старик, выправка которого выдавала в нём бывалого моряка. Это был капитан цур зее резерва, кавалер Рыцарского креста с Дубовыми листьями, бывший командир рейдеров «Виддер» и «Михель» Хельмут фон Руктешелль.
Окончание войны застало его в Пекине, где он лечился от мигрени, желудочных колик и болезни сердца. Там он был арестован, и теперь возвращался на родину, где его снова ждала неизвестность. В августе 1946 года фон Руктешелля поместили в лагерь для интернированных недалеко от Штутгарта. Людей оттуда быстро освобождали, но ему однажды приказали собрать вещи и перевели в одиночную камеру. Краем глаза фон Руктешелль увидел своё личное дело, на котором стоял большой штамп «Военный преступник». То, чего он боялся с 1919 года, свершилось – правосудие победителей настигло его.
Подготовка к суду заняла много времени – англичане скрупулезно собирали все показания. Переведённый в тюрьму в Шеффилде, где он сидел в одиночке и имел одну получасовую прогулку в день, больше всего фон Руктешелль страдал он недостатка… искусства. Он был счастлив, когда администрация разрешила ему принимать участие в музыкальных репетициях и заниматься резьбой по дереву. Зимой 1947 года здоровье заключённого сильно ухудшилось, и он много времени стал проводить в тюремной лечебнице.

Ко дну идёт безвестная жертва немецких рейдеров.

В апреле 1947 года фон Руктешелль вновь вступил на землю родного Гамбурга. Уже в качестве обвиняемого его поместили в следственный изолятор в Альтоне. Обвинения против фон Руктешелля выглядели по пунктам так:
10.07.1940 – продолжал обстрел британского судна «Давизиан» после того, как с него передали сигнал об остановке;
04.08.1940 – не обеспечил безопасность оставшихся в живых членов команды норвежского танкера «Бьюлье»;
21.08.1940 – вёл огонь по спасательным шлюпкам британского судна «Англо-Саксон» и не обеспечил безопасность оставшихся в живых моряков;
11.09.1942 – продолжил обстрел британского судна «Эмпайр Даун» после того, как с судна подали сигнал о сдаче.
Адвокат предупредил фон Руктешелля, что обвинения очень тяжёлые, и будет нелегко оспорить их. Осознавая реальную возможность смертного приговора, фон Руктешелль в отчаянии писал жене: «Я всё время думаю – сколько страданий принёс людям я и мой корабль».
5 мая подсудимый в наручниках был доставлен в суд, разместившийся в Гамбургском университете. Председательствовал подполковник артиллерии Джеймс, в состав суда входили два майора пехоты, капитан от разведывательной службы и, как ни удивительно, единственный младший морской офицер – лейтенант Андерсон. После заявления фон Руктешелля о своей невиновности по всем пунктам начались дни представления доказательств, перекрёстных допросов, дачи показаний свидетелями и экспертиз.
Необходимо признать, что англичане чрезвычайно беспристрастно и тщательно подошли к судебному разбирательству – никакого предубеждения против фон Руктешелля у них не было, а доводы защиты воспринимались очень серьёзно. В случае с «Давизианом» фон Руктешелль опирался на свой журнал, где не было записей о получении с судна сигнала об остановке. Но так как свидетели обвинения всё помнили, а вот свидетели защиты, офицеры «Виддера», заявили, что «не помнят» всех обстоятельств, этот эпизод суд счёл доказанным.
Зато обвинения норвежцев адвокат умело дезавуировал. Бывший офицер «Бьюлье», лейтенант норвежских ВВС Станнис, заявил, что мало того что их обстреляли после того, как они специально включили навигационные огни, его шлюпка подверглась обстрелу из пулемёта. Это вызвало сильное волнение в зале. Но адвокат доказал, что на рейдере не было пулемётов, а другие свидетели показали, что в шлюпки долетали рикошеты осколков немецких снарядов. Тем не менее, хотя немцы и настаивали, что норвежцы сами не хотели быть спасёнными, те логично утверждали, что были уверены в том, что немцы хотели их уничтожить. Суд счёл этот эпизод требующим дополнительного исследования.
В случае с «Англо-Саксоном» основу обвинения составили свидетельские показания одного из выживших, Роберта Тэпскотта. Здесь шансов было мало – фон Руктешелль сам в бортовом журнале сделал запись, что огонь продолжался слишком долго из-за того, что артиллеристы не услышали приказ о его прекращении. К тому же, в Англии он дал письменные показания, где признал, что в «этом случае, несомненно, были человеческие жертвы, но такая тактика была вынужденной, потому что суда слишком часто пытались подать сигнал тревоги». Сюда же добавились его записи о необходимости «прочёсывания палубы из зенитных автоматов, чтобы не допустить их к орудиям и ускорить их бег к шлюпкам».
Обвинение в обстреле выживших в воде было не доказано – все свидетели защиты единодушно и категорично отрицали такие намерения у командира. Фон Руктешелль же признал, что наводчик зенитного автомата при переносе огня мог обстрелять водную поверхность, но только случайно. Кроме того, фон Руктешелль использовал свой талант художника и сделал рисунок, в котором показывал, что из шлюпки спасшимся могло показаться, что рейдер ведёт огонь по ним. Сам Тэпскотт не мог присутствовать на слушаниях, и суд оказался в затруднении. В конечном итоге это самое серьёзное обвинение было снято, но то, что фон Руктешелль не предпринял никаких мер к спасению выживших, суд счёл полностью доказанным.
Последний эпизод был связан с потоплением «Эмпайр Дауна». Капитан судна дал показания, как он, будучи раненным, пробрался на корму судна и ручным фонарём сигнализировал немцам просьбу прекратить огонь. Фон Руктешелль утверждал, что никаких сигналов замечено не было. Адвокат в лучших драматических традициях потребовал затемнить зал, потом попросил англичанина точно таким же фонарём посигналить морзянкой и представить это на фоне орудийных залпов и огня от пожара. Представление удалось, и суд принял версию защиты.

Герцог и герцогиня Виндзорские навещают Уилберта Виддикомба и Роберта Тэпскотта — единственных выживших моряков с «Англо-Саксона».

Таким образом, гуманный английский военный трибунал снял два обвинения из пяти. Обвинитель майор Рид весьма примирительно заметил, что подсудимый не является гестаповцем, эсэсовцем или ещё каким-нибудь палачом, поэтому презумпция невиновности касается его в полной мере. Призрак смертного приговора отступил. Остаётся только догадываться, каким было бы решение, если бы к судьям попало давно забытое заявление Отто Видеманна об убийстве моряков с «En Avant». Фон Руктешеллю дали последнее слово, где он признал, что совершал ошибки, но в его действиях не было злого умысла. 21 мая 1947 года трибунал огласил приговор:

В обстреле судна «Давизиан» после его сигнализации о подчинении – виновен.
В необеспечении безопасности членов экипажа судна «Бьюлье» – виновен.
В обстреле спасательных плотов и шлюпок судна «Англо-Саксон» – не виновен.
В необеспечении безопасности членов экипажа судна «Англо-Саксон» – виновен.
В обстреле судна «Эмпайр Даун» после его сигнала о сдаче – не виновен.

Хельмут фон Руктешелль был приговорен к 10 годам тюремного заключения. Американская и английская пресса восприняли приговор с удовлетворением. На следующий день фон Руктешеллю разрешили свидание с женой, после чего отправили к месту отбывания наказания, в тюрьму Фухсбюттель в предместье Гамбурга. В тюрьме фон Руктешелль пытался по прежнему работать столяром, но состояние здоровья не позволило ему заниматься физическим трудом.
22 августа 1947 года командованию Британской Рейнской армии была подана апелляция по делу, в частности по эпизоду с «Бьюлье». Трибунал, учитывая показания норвежцев, что их старший офицер приказал не привлекать к себе внимание, и то, что «Виддер» не покинул район потопления, снял этот пункт обвинения. Срок заключения фон Руктешелля был снижен до 7 лет. Одновременно, в связи с ухудшившимся состоянием здоровья, адвокат ходатайствовал о переводе осуждённого в гражданское лечебное учреждение – но тюремный врач был непреклонен.
Пока длилась эта тяжба, наступил конец – 24 сентября 1948 года в 10:30 сердце старого рейдера остановилось. Незадолго до приговора он писал жене: «Возможно, если меня осудят, законы ведения морской войны изменятся, и мой пример послужит тому, чтобы смертей на море стало намного меньше». Тем не менее, хотя до сих пор и звучат голоса, что действия фон Руктешелля полностью соответствовали реалиям той войны и были направлены исключительно на сохранение вверенного ему корабля и экипажа, можно с уверенностью сказать, что Хельмут фон Руктешелль умер там, где ему подобает – в тюремной камере. И это был не самый худший конец для него.
Автор:Максим Дианов.
Автор выражает признательность Виктору Галыне за помощь в работе над статьёй.
[Источники]Источники:
Литература:
J. Revell Carr «All Brave Sailors. The sinking of the Anglo-Saxon august 21, 1940»
Гибсон Р., Прендергаст М. «Германская подводная война 1914–1918 гг.»
Harald Bendert «Die UB-Boote der Kaiserlichen Marine 1914–1918»
Михельсен А. «Подводная война 1914–1918 гг.»
В. Галыня «Рейдеры Гитлера. Вспомогательные крейсера Кригсмарине»
http://historisches-marinearchiv.de
http://forum.axishistory.com
http://www.uboat.net
https://www.geni.com
http://www.u-boot-net.de
http://brummel.borda.ru
Автор:
Максим Дианов.
Источник:http://warspot.ru/.

Tags: ВЕЛИКОБРИТАНИЯ., ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА., ГЕРМАНИЯ., КОРСАРЫ., США., Третий Рейх., ФЛОТ.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • ЧУДО НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА (+ ФОТО).

    Оригинал взят у mon_sofia в ЧУДО НИКОЛАЯ ЧУДОТВОРЦА (+ ФОТО) 22 мая, 2012 • Протоиерей Игорь Пчелинцев Наверное, самый…

  • Так закалялась сталь.

    Я конечно же знал как создавалось это произведение, но очередной раз читая эту историю неумышленно пытался поставить себя в описанные…

  • Чайные клиперы./Tea clippers.

    Кли́пер (от англ. clipper или нидерл. klipper) — парусное судно с развитым парусным вооружением и острыми, «режущими воду» (англ. clip)…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments